36-летний экс-полузащитник Андрей Лавренчук начинал свою спортивную карьеру в «Гомеле». Также в послужном списке у него значатся «Славия» из Мозыря.
В 2019 году Лавренчук переехал в Израиль, где играл в командах «минора», а в 2024 году Андрей принял решение повесить бутсы на гвоздь.
В эксклюзивном интервью Metaratings.by бывший футболист рассказал:
- О низших лигах чемпионата Израиля
- Почему решился на переезд в другую страну
- О военном конфликте Израиля и Палестины
- О жизни после завершения карьеры
«Полное осознание того, что я завершил карьеру, пришло не сразу»
— Андрей, как приняли решение о завершении карьеры в 2024 году?
— Фактически, последний мой официальный матч в израильском «миноре» состоялся в 2023 году. Но полное осознание того, что я завершил карьеру, пришло не сразу. В 2023-24 годах еще были предложения, но по определенным причинам мы с клубами не договорились. Решение далось непросто. Даже сейчас порой возникают мысли о том, чтобы возобновить карьеру. Тем более, анализируя уровень израильского и белорусского минора, при должном отношении к делу и качественному тренировочному процессу, думаю, еще спокойно играл бы.
Но, если здраво смотреть на вещи, возраст для профессионального футбола у меня уже не самый юный, и перспектив развития уже практически нет. Тяжело искать для себя мотивацию. Также у меня есть хроническая травма голеностопа, которая периодически дает о себе знать. Возможно, если бы поступило предложение, от которого я бы не смог отказаться, может быть и собрался, нашел бы в себе мотивацию.
Однако пока таких предложений не поступало. Поэтому хочу развиваться в спорте и футболе уже в другой ипостаси — в качестве тренера либо футбольного функционера, менеджера. Но для этого нужно окончательно «убить в себе футболиста», пусть это и нелегко.
Родные не отговаривали, это моя жизнь и сугубо мое решение. Я придерживаюсь мнения, что завершение чего-то старого — это начало чего-то нового, интересного. Не нужно бояться перемен.
Что касается тренерской карьеры, она уже началась. Закончил курсы в Израиле и уже тренировал в местном футбольном клубе детскую команду U-13. Также записался на курсы UEFA в Беларуси, хочу учиться и развиваться дальше.
Буквально на днях поступило устное, предварительное предложение о работе на должности спортивного директора и параллельно детского тренера одного из возрастов в этом же израильском клубе, где я уже тренировал. Жду официальный контракт и думаю об окончательном решении.
— То есть, уйти из футбола с концами не удалось?
— Не могу сказать, что я окончательно ушел — футбол меня не отпускает. Все-таки это часть моей жизни. Как говорил выше, пробую себя в другом амплуа. На данный момент нахожусь в Беларуси, в родном городе Речица. Работаю в РУП Белоруснефть и параллельно тренирую местную речицкую команду, которая выступает в Гомельском дивизионе Второй лиги.
— Согласно ТМ, последним клубом у вас был «Маккаби Ахи-Иксаль» (сезон 2021-2022). После него с сентября 2023-го стоит «неизвестный клуб».
— Да, все верно. В 2022 году я выступал за «Маккаби Ахи-Иксаль». Но в связи со многими причинами в совокупности сыграл за этот клуб только в первом круге и по собственной инициативе разорвал контракт, после чего улетел на длительный период в Беларусь. Хотя финансовые условия по меркам израильского минора и даже нынешней белорусской Высшей лиги были неплохими.
После снова вернулся в 2023 году в Израиль и подписал контракт, только уже в качестве главного тренера детской команды U-13 в футбольном клубе «Кабабир-Хайфа» (Д4 Израиля).
На тот момент взрослая команда выступала в пятом дивизионе и имела любительский статус, но владельцу клуба удалось уговорить меня за небольшую (по израильским меркам) прибавку к зарплате в клубе сыграть пару матчей за взрослую команду. Тогда, по словам босса, я был единственным из игроков в основной команде, кто получал деньги. Но после нескольких сыгранных матчей, которые стали неудачными для нашей команды, я решил: с меня хватит. Хотел сосредоточиться на тренерстве.
Сказал об этом руководству и больше не играл, но продолжил работать в структуре клуба — тренировал детей. По прошествии времени, боссу клуба удалось вывести взрослую команду на более-менее полупрофессиональный уровень. Появились зарплаты, удалось подписать несколько неплохих игроков и в этом году завоевать путевку на повышение в классе — выйти в израильский четвертый дивизион.
— Давайте вспомним 2019 год. Как вообще появилось решение переехать в Израиль?
— В Израиле проживают мои родные, к которым еще до 2019 года я летал в гости. И за этот период, что я находился в гостях, в 2016 и в 2018 годах, дважды проходил просмотры в лиге-Леумит (Д2). Поработал тогда с командами «Хапоэль Акко» и «Хапоэль Ришон-Ле-Цион», был даже взаимный интерес и разговоры о переходе.
Но, в связи с действующим контрактом с гомельским «Локомотивом» и с жестким лимитом на легионеров (тогда у меня не было израильского гражданства), переходы так и не состоялись. Но мне было интересно поиграть за границей, открыть для себя новый чемпионат. Ведь я много лет играл только в Первой лиге Беларуси, хотелось уже сменить обстановку и прогрессировать.
И вот, в 2019 году такая возможность представилась. Летом, после завершения первого круга, мы расстались с гомельским «Локомотивом» и я улетел, сразу на контракт в «Хапоэль Роби Шапиро Хайфа». Уже были устные договоренности с этим клубом, он выступал тогда в лиге Алеф (Д3).
Была возможность снова попробовать свои силы и пройти просмотры в Лиге Леумит, в частности в «Хапоэль Акко». Но меня подкупила личная заинтересованность главного тренера, плюс меня звали туда сразу на контракт. Команда ставила задачи на повышение в классе, и условия в клубе были хорошие. В итоге, через пару дней после прибытия в Израиль, я подписал контракт с «Хапоэль Роби Шапиро Хайфа». Так и началась моя карьера в Израиле.
— Что первое удивило в новой стране, сложно ли проходила адаптация?
— Так как ранее посещал Израиль в качестве туриста, глобально ничего не удивило. Были какие-то мелкие моменты, но сейчас даже не вспомню детально. Адаптация прошла хорошо, в быту помогали родственники, за что я им очень благодарен.
Что касается адаптации в команде — также все было отлично, приняли очень хорошо. В клубе работали очень хорошие люди, которые помогали во всем. С некоторыми ребятами держим связь и периодически общаемся до сих пор. С теплотой вспоминаю время, проведенное в «Хапоэль Роби Шапиро». Жаль, что из-за коронавируса чемпионат остановили, и мы его так и не доиграли. Мы занимали второе место в чемпионате и были высокие шансы на выход в Лигу Леумит.
— Что скажете об уровне местного футбола?
— Конечно, все познается в сравнении. Но, по моему субъективному мнению, уровень израильского футбола достаточно неплох. Современные футбольные стадионы, хорошая посещаемость матчей, медийное освещение футбола, качественные зарубежные футболисты и тренеры в клубах лиги — все это создает хорошую общую картину. Игроки сборной Израиля выступают в сильных европейских чемпионатах: Англии, Испании, Германии, Бельгии, Сербии, Венгрии. В прошлом году в Лиге наций сборная Израиля в двух заключительных матчах сыграла на выезде вничью со сборной Франции и обыграла Бельгию. Результаты говорят сами за себя.
Я люблю смотреть футбол на стадионе, чувствовать эту крутую атмосферу. Особенно тогда, когда стадион заполнен зрителями до отказа. Посетил немало матчей Лигат Ха'Аль и не только.
Был на матчах различных стран и чемпионатов. Это и итальянская серия А, и матчи Лиги Европы, Лиги конференций, отборочные матчи сборных, высшие дивизионы Кипра, Словении. Если нахожусь где-то за границей в Европе, то обязательно стараюсь посетить какой-нибудь футбольный матч.
— Тяжело было привыкнуть к местному климату и еде?
— Климат действительно отличается от белорусского — в стране семь-восемь месяцев лета. Очень жарко! Бывает, температура достигает +40.
К слову, расскажу одну интересную историю. Как-то мы с командой «Маккаби Тират-Кармель» прибыли на матч в город Бейт-Шеан. На момент начала матча, в 16.00, температура на улице стояла в районе +40 градусов. Арбитры сказали, что в такую температуру играть нельзя и сместили время начала поединка. Но прошло буквально полчаса, на термометре показало «+39», и мы начали игру. В такую погоду не то, что бегать и играть тяжело — в такую погоду просто выйти на улицу уже проблема! По ощущениям — будто включенный фен направлен тебе в лицо и дует горячим воздухом. Вот в таких условиях приходилось играть. Были матчи, после которых я вставал на весы и видел там минус четыре-пять килограмм.
К местной еде особо привыкать не приходилось. В Израиле хватает различных магазинов, в том числе и русских. Из национальных блюд понравился хумус, его можно кушать в сочетании со многими блюдами. Но он очень калорийный — если увлекаться, можно быстро набрать лишний вес. Также, бывало, на завтрак готовил себе шакшуку. А в остальном в израильской кухне ничего экзотического не наблюдал.
«В Израиле хватает русскоговорящего населения. Везде найдется человек, который говорит по-русски»
— А как обстояли дела с изучением иврита?
— Что касается иврита — на мой взгляд, на бытовом уровне знаю язык неплохо. Могу спокойно изъясняться и понимаю почти все, что говорят мне. Чтобы тренировать детей, мне моих знаний хватало. Понятно, что всегда есть, к чему стремиться.
Я закончил языковые, тренерские курсы, курс методики преподавания физкультуры в спортивном университете Израиля. Почти закончил языковой курс непосредственно для учителей-эмигрантов. Но основной фактор в изучении иврита — нахождение в среде общения. Считаю, что в этом плане мне очень помогло общение в местных командах. И даже в совокупности всего перечисленного, не могу сказать, что знаю иврит идеально.
В Израиле хватает русскоговорящего населения. Везде найдется человек, который говорит по-русски. На улице, в магазине, в поликлинике, в транспорте — буквально везде. Из-за этого некоторые люди, живущие там, уже много лет не разговаривают на иврите. Но я считаю, что если ты действительно хочешь иметь хорошую работу и чего-то добиться, то обязан знать язык страны, в которой живешь.
— Как чувствовали себя в статусе легионера в своих командах в Израиле? Говорят, с иностранцев требуют больше.
— В первом израильском клубе, как только прилетел, была небольшая эйфория. Ничего критично-негативного в свой адрес не заметил. Иврит я еще не знал. Иногда имели место косые взгляды конкурентов за место в составе, но в целом была благоприятная и дружественная обстановка. Команда побеждала, у всех было хорошее настроение, все зарабатывали премиальные. Позитива было намного больше, чем негатива.
В последующих клубах были моменты, где при прочих равных предпочтительнее относились к местным ребятам. Ведь израильтян там лелеют, носят на руках, многие с детства чувствуют себя звездами. Таковы особенности их воспитания.
Поиграл как в еврейских, так и арабских командах. Менталитет там похож, но различия все же имеются.
В «Маккаби Ахи Иксаль» была ситуация. Я был одним из самых опытных футболистов в команде, и зарплата была одной из самых высоких. После неудачных поединков были разговоры на повышенных тонах, доставалось в том числе и мне. Ведь спрос с меня был выше, чем с молодежи.
— Есть ли в «минорных» лигах страны дядьки с пивным животом, как в наших реалиях, или все-таки там более профессионально?
— Мне кажется, они есть во всех «минорных» лигах мира. Думаю, Израиль не исключение. Есть дядьки поигравшие, которым этот живот не мешает, и они выглядят намного интереснее и ярче молодых и подтянутых. Несколько живых примеров возрастных и поигравших футболистов наблюдал лично. Эти ребята забивали, отдавали и двигались на поле даже эффективнее и активнее молодых ребят, и лишний вес им не мешал.
Лучшие прогнозы на футбол!
— Вспомним 2023 год, начало войны в Израиле. Почему остались в Израиле, не вернулись на Родину в опасное время?
— Непростой период. 7 октября произошло вторжение террористов из ХАМАС на территорию Израиля. В последствии — все эти зверства, что происходили с мирными жителями.
Для меня до сих пор странно и непонятно, как такая мощная армия, разведка и различные органы безопасности смогли допустить подобное.
В тот период я жил на севере страны, в Хайфе. Работал тренером в клубе. На какой-то момент я улетел в Беларусь, так как деятельность во многих сферах была приостановлена — в том числе и в футболе. Но так как основной пик ракетных обстрелов был на юге страны, ближе к границе, буквально через месяц все возобновили. И я снова прилетел, так как у меня был контракт, и руководство требовало моего возвращения.
Какого-то напряжения и чувства, что страна в тот момент находилась в состоянии войны, я не ощутил. Единственное, как-то гулял по набережной вдоль моря с другом, и в воздухе прогремело пару громких взрывов, без всяких предупреждающих сирен. После чего мы быстренько пошли домой. Это единственный такой момент, свидетелем которого я стал. Да, из новостей много слышал страшного. Сыпались угрозы, что вот-вот начнется атака на север страны, но так ничего и не началось.
Основное обострение на севере страны началось уже летом в 2024 году, когда Ливан начал обстреливать Израиль. Но меня уже в стране не было. Буквально за пару недель-месяц до этого я покинул Израиль и прилетел в Беларусь. Уже почти год нахожусь на Родине. В тот период был постоянно на связи с родными, с друзьями. Ситуация носила крайне напряженный характер, горожане часто прятались в бомбоубежищах. Благодаря сильному ПВО «Железный купол» армии Израиля пострадавших было не так много, как могло быть. Большинство ракет, направленных на территорию Израиля, были сбиты в воздухе.
— Как там обстановка сейчас?
— Сейчас наблюдаю за ситуацией, созваниваюсь с родственниками и друзьями. Вроде бы обстановка стабилизировалась и успокоилась, лишь изредка бывают обстрелы из Йемена. Ракеты, направленные оттуда, в основном перехватывают и сбивают в воздухе.
— Можете сказать, что стали в Израиле своим?
— Быть «своим» — внутреннее ощущение каждого. Все зависит от людей, которые тебя окружают и жизненных ситуаций. Иногда были моменты, что я и в родной Речице не чувствовал себя «своим», не говоря уже про Израиль.
В каждом месте есть как хорошие, так не очень хорошие люди, со своими устоями, особенностями воспитания и развития. Израиль — страна очень интернациональная, там живет много людей разных национальностей и религий. И это не мешает стране существовать и развиваться. Даже в состоянии войны.
Да, менталитет там иной, некоторые моменты мне непонятны до сих пор. Но это все не главное. Посмотрите, сколько эмигрантов живет по всему миру, в различных странах. Нужно всегда оставаться человеком и профессионалом своего дела, стремиться к развитию. В условиях глобализации при желании можно жить и развиваться в любой стране.
Единственное, что могу сказать — меня всегда тянуло домой в Беларусь, скучал по родным и близким. Это — одна из причин того, что в последние годы я жил на две страны.
«В моей команде играл мальчик, отец которого был замешан в бандитских разборках»
— В Израиле играл и живет сейчас еще один белорус — Георгий Монастырский. Общаетесь с ним?
— Да. С Жорой мы хорошо общаемся и постоянно на связи.
— В каком израильском городе жили?
— Сейчас живу в Речице. До отъезда в Беларусь жил в Хайфе и Харише.
— Есть какая-нибудь запомнившаяся за время жизни в Израиле история?
— Историй было много. Но расскажу несколько необычных, которые сразу пришли на ум.
Одна история о патриотизме израильтян, которая меня приятно удивила. В конце апреля 2023 года я летел в Афины гулять. Дата полета выпала как раз на дату дня памяти павших в войнах Израиля и жертв терактов. Когда самолет приземлился, все израильтяне, которые были на борту, вышли в холл аэропорта в Афинах и, ровно в 20.00, одна из пассажирок включила памятную траурную сирену на своем телефоне. Все замерли на месте и ровно минуту стояли. Таким образом, даже несмотря на свои дела, находясь за границей, израильтяне отдали дань памяти. Было интересно за этим наблюдать.
Видел немало ситуаций, связанных с криминалом. В моей команде играл мальчик, отец которого был замешан в бандитских разборках. В один из дней спортивный директор сказал мне, что этого мальчика в команде больше не будет, так как его отца убили и он с матерью переезжает в другой город, чтобы обезопасить себя.
Часто читал и смотрел криминальные новости и даже видел своими глазами машины на трассе, которые были обстреляны из огнестрельного оружия в результате разборок. Во многие арабские деревни полиция даже не заезжает, боятся. Местные жители решают все проблемы сами, между собой.
Один раз был свидетелем мелкого землетрясения. Утром даже проснулся от того, что моя кровать шатается. Но, благо, все быстро закончилось.
Пожалуй, хватит шокирующих историй, а то не хватит места для других публикаций.
— Следите ли за белорусским футболом сейчас?
— Сейчас, находясь в Беларуси, слежу. Не могу сказать, что пристально, но некоторые матчи и обзоры могу посмотреть. Импонирует, как выступает мозырская «Славия». Исходя из тех ресурсов и того бюджета, который они имеют на сезон, мозыряне показывают довольно неплохую игру и результат.
— За время жизни в Израиле были предложения из Беларуси?
— Серьезных и конкретных предложений не было, все осталось только на уровне разговоров.
— Пофантазируем: если бы вам предложили тренерскую работу в клубе Первой/Высшей лиги Беларуси, согласились бы?
— Почему бы и нет? Мне это интересно и хотелось бы развиваться в этом направлении. Для этого нужно еще много учиться и получать подходящие тренерские категории. Но в перспективе я был бы не против попробовать себя в этом амплуа.
