На финише «регулярки» в Экстралиге турнирная интрига закручена до предела. В первой семерке настолько плотная борьба, что кардинальные изменения в верхней части таблицы происходят после одного игрового дня, а итоговое распределение мест предугадать просто невозможно.
В эпицентре этой борьбы – «Славутич», единственный представитель России в нашем чемпионате. Надежность команды во многом обеспечивает голкипер Денис Синягин. В разговоре с ним мы обсудили возвращение хоккея в Смоленск, атмосферу аншлагов на «Минск-Арене», а также вспомнили важные этапы его карьеры за океаном, в КХЛ и ВХЛ.
В интервью для Metaratings.by вратарь «Славутича» рассказал:
- О своем результативном перфомансе в матче Экстралиги
- Из-за чего не смог закрепиться в командах КХЛ
- Как тренировался вместе с Павлом Дацюком
- О топовом сезоне под руководством белорусского тренера
«У вратаря одна работа – ловить шайбы. Неважно в какой лиге, в какой команде»
– Почти десять лет подряд ты играл в ВХЛ, белорусский чемпионат – новая точка твоей карьеры. Как тебе его уровень?
– Отличия имеются, в первую очередь, из-за размеров площадок. В ВХЛ на малых идет более активный хоккей, энергозатратный. Парни чаще забрасывают шайбу в зону и уже там начинают прессинговать. Здесь не скажу, что все гораздо медленнее, просто тактика чуть иная.
В целом, уровень хороший. Думаю, что половина команд Экстралиги не затерялась бы в ВХЛ, боролась за плей-офф, то есть за топ-16. По крайней мере, на данный момент я так вижу. Возможно, по окончании сезона у меня появится более четкая картина. Все же довольно маленький отрезок я провел в Беларуси, так что пока какое-то мнение складывается только по первым впечатлениям.
– Эти отличия на тебе вообще не сказались. Ты очень бодро стартанул в нашем чемпионате и не сдаешь позиций.
– Так, а что там приспосабливаться? У вратаря одна работа – ловить шайбы. Неважно в какой лиге, в какой команде. Задача только одна. Единственное, тяжеловато приходится на больших площадках. Не то, чтобы играть… Я просто от них отвык.
Но у меня уже имелся такой опыт. Когда я был совсем молод, уезжал в Америку, где играют только на маленьких площадках, тогда как у нас в школе ЦСКА была стандартная – олимпийская. Приходилось перестраиваться, привыкать. Потом вернулся в Россию – и все заново.
– «Славутич» второй год выступает в Экстралиге. Думаю, там довольны своим внедрением в белорусский чемпионат.
– Команда находится в профессиональной лиге, Смоленск вернулся на хоккейную карту. Какие тут могут быть минусы? Думаю, и для Экстралиги это в плюс. Когда белорусская команда играет против российской, присутствует дополнительный стимул, международный статус. Это и обмен опытом, каждый для себя что-то подчеркивает.
– Глядя на полные трибуны в Смоленске, трудно представить, что такое продолжительное время город находился без хоккея.
– Да, атмосфера просто шикарная, благодаря нашим болельщикам. Они заполняют трибуны, почти всегда мы играем при аншлагах. Думаю, это приятно и нам, и гостевым командам. Я вспоминаю ту часть своей карьеры, когда играл в КХЛ и приезжал на матчи с «Динамо». Арена в Минске была всегда полной. Несмотря на то, что моя команда находилась в гостях, все равно было круто выходить на лед при такой атмосфере. Показать себя с лучшей стороны перед другими болельщиками – это тоже дополнительная мотивация.
Поэтому то, как смотрят хоккей в Смоленске, – это здорово. Не у каждой команды, не у каждого города такая поддержка.
– Оцени условия в «Славутиче». Имею в виду не только финансы, но и базу, инфраструктуру. Все хорошо или есть какие-то нюансы?
– Наше руководство делает все, чтобы наши ребята чувствовали себя максимально комфортно. Губернатор очень здорово помогает всему местному спорту и хоккею в том числе. Поэтому все хорошо и в быту, и в финансовым моментах тоже.
– Команда находится на пороге плей-офф. Чего не хватает, чтобы забраться в шестерку?
– Наверное, всем командам, за исключением лидеров, не хватает стабильности и в каких-то моментах везения. Очень трудно пройти весь сезон на одном уровне, обязательно появится небольшая яма – и это нормально. Главный вопрос, как ты этот сложный период преодолеешь, насколько быстро выйдешь из этой ситуации.
– «Славутич» играет в силовой манере, часто на площадке возникают стычки. Это в меньшей степени касается вратарей, но лично ты в такие моменты спокоен? Или внутри себя все же приходится подавлять эмоции?
– Я к такому хоккею отношусь нормально. Борьба, стычки – это часть игры, в которой сражаются мужики, каждый со своими амбициями. В каком-то моменте кого-то задели – появляется обида, эмоции, которые не все могут контролировать. Причем раньше драк было гораздо больше, нежели сейчас.
Что касается лично меня, то бывают моменты, когда захлестывают эмоции, но стараюсь сохранять спокойствие. Все-таки я вратарь и не должен лезть в драку.
– Не приходилось выяснять отношения на льду?
– Как Адам Хуска и Андрей Мишуров не так давно в КХЛ – нет. Потасовки, относительно легкие, были, наверное. В молодежном хоккее подобного случается много, особенно в Америке, а вот на взрослом уровне и не припомню.
– Ты уже вписал свое имя в историю белорусского хоккея – в одном матче забил гол и отдал ассист. Сам лично считаешь это чем-то невероятным?
– Да, достаточно редкий случай, нечасто вратари забрасывают шайбы. В моменте порадовался, а затем примерно такие эмоции: ну было и было. Хороший момент, останется о нем приятное воспоминание.
– Даже в НХЛ всего-то один такой случай был.
– Да, не так давно вратарь Неделькович в одном матче сделал ассист, потом шайбу забросил. Я же в своей карьере ни разу до этого не забивал. Наверное, за все время было буквально два-три момента, когда получалось бросить.
– Тебя можно сравнить с футбольным голкипером Мануэлем Нойером – частенько выходишь далеко из ворот. Откуда взялась такая, довольно рискованная, манера игры?
– Я бы не сказал, что это прямо-таки манера игры. Просто я считаю, что вратарь, если может, то должен помогать своим защитникам, да и нападающим. Зачем останавливать игру, если ты готов ее продолжить, когда этого никто не ожидает? Обычно как: идет бросок, шайбу зажал, свисток, смена. Никто не думает о том, что вратарь продолжит игру, поэтому уже немного расслабляется. За счет этого можно отдать неожиданный пас вперед, создать момент. Если ты умеешь, если у тебя получается, то почему подобное не делать? Понятно, есть риск, но, как говориться, кто не рискует, тот не пьет шампанское. Верно?
– Согласна. В конце прошлого года ты стал участником Матча звезд. Понравилось мероприятие?
– Да, просто шикарное событие. Первый раз на взрослом уровне я присутствовал на таком. Очень здорово все сделали, мне очень понравилось. Настоящий праздник и для хоккеистов, и для болельщиков.
Было ли разочарование от поражения в финале? Немного обидно. Думаю, никто не любит уступать в любой игре, я в том числе. Еще и поединок такой, очень упорный. Все время ничья, потом буллиты. Не хватило буквально немного, чтобы занять первое место.
«В данный момент понимаю, что нужно было терпеть»
– Прошлый сезон у тебя был неплохим. Почему не остался в ВХЛ: в «Зауралье» или другом каком-то клубе?
– Я бы не назвал прошлый сезон хорошим, были определенные минусы, были и плюсы. Хотя «Зауралье» выжало максимум из своих возможностей. А почему не остался? Мне просто не предложили новый контракт, правда, и я сам не слишком горел желанием продолжать играть там. Были определенные нюансы, но как сложилось, так сложилось. Имелись предложения от других клубов ВХЛ, однако они меня не особо устраивали.
– Не боялся пропустить сезон?
– Надеялся на то, что команду себе все-таки найду. Я уже немолод, поэтому хочется иметь выбор. Это в двадцать лет особо думать не приходится, нужно идти туда, куда зовут. Поэтому, возможно, небольшие опасения были, уже и не помню. Но неприятные ощущения присутствовали точно: все-таки первый раз за всю свою карьеру я остался без контракта. Довольно долгое время приходилось готовиться самому и, слава богу, команда в итоге нашлась.
– У тебя был яркий дебют в КХЛ. В первом полноценном матче за «Спартак» тебя признали первой звездой.
– Помню, что мы победили «Амур» – 2:1. А вот про лучшего игрока матча… Может, оно и было, но я, если честно, уже и подзабыл.
В принципе, в КХЛ дебютировал годами ранее, в восемнадцать лет. На полторы минуты выскочил на лед в матче за ЦСКА: у Ильи Проскурякова сломался конек и за время паузы не получилось его починить. Самое главное, что не пропустил.
– ЦСКА, «Спартак» и «Адмирал» – три клуба КХЛ, в которых ты находился. Понятно, что везде были свои нюансы, но как сам считаешь, почему не получилось надолго закрепиться в этой лиге?
– Можно долго обсуждать эту тему в разных контекстах. Мне кажется, с двух сторон не сложилось: со стороны тренерского штаба и руководства, а также с моей. Лично я не дотерпел. В каком плане? Не нужно было куда-то срываться, уходить, стоило ждать своего шанса. А поскольку терпения мне не хватило, я отчалил в другом направлении. Со стороны тренерского штаба оценивать ситуацию не стоит, скажу лишь, что никого я не виню.
– Есть какая-то досада? Или ты не любишь оглядываться на прошлое?
– В любом случае, это опыт. Пусть даже и с неприятным оттенком. Главное, из всего происходящего – и в хоккее, и в жизни в целом – делать правильные выводы. Затем, попадая в похожие ситуации, тебе уже будет легче. Какие выводы сделал я? В данный момент понимаю, что нужно было терпеть.
«Я увидел хоккей и сразу же забыл о футболе»
– Ты ведь москвич. Кажется, что в таком большом городе проще делать первые шаги в хоккее.
– Думаю, что да. В Москве даже на тот момент было много хоккейных школ, не говоря уже, насколько больше их сейчас. Было проще начинать, так как где-то что-то выдавали, помогали с инвентарем и прочими вещами.
Вообще, изначально я не хотел заниматься хоккеем. Точнее, не то, чтобы не хотел, я просто не знал, что это такое. Думал идти в футбол, но оказалось, что рядом с моим домом, буквально через дорогу, находилась хоккейная школа «Созвездие». Родители вместе со мной пошли поговорить с тренером, я увидел хоккей и сразу же забыл о футболе.
– Просто увидел игру?
– Да. Пока у ресепшена ждали тренера, заметили выход на арену. Зашли, там тренировались парни. Буквально тут же я сам захотел выйти на лед.
– Детский хоккей для многих – болезненный период. Как ты его прошел?
– Я был таким ребенком, который просто очень сильно хотел чем-то заниматься, поэтому прошел через разные секции. Но только после того, как увидел хоккей, определился окончательно. Естественно, не сразу в ворота стал – нужно было просто научиться кататься. Причем по моему возрасту имелась основная команда и еще ряд ребят около нее, которые не всегда попадали в состав.
Сейчас кажется, что все очень быстро происходило. Со мной основательно занимались тренеры, папа часто возил на всякие подкатки, дополнительно катался с годом помладше – 1995-м. Все-таки я пошел в хоккей в восемь лет, а это считается уже достаточно поздно: многие с трех-четырех лет уже на льду. Мне нужно было нагонять, поэтому и тренировался усердно.
– Родители делали ставку на тебя как на хоккеиста? Они очень рано отпустили тебя играть за океан, в шестнадцать лет.
– Вряд ли. Тем более, у меня семья совсем не спортивная: папа – врач-стоматолог, мама – кандидат химических наук, бабушка – доктор химических наук. Поэтому вряд ли они делали какую-то ставку. Возможно, на детском уровне у меня получалось играть неплохо, поэтому родители всячески способствовали этому.
А с перелетом в США вот какая ситуация была. В Москве на одну из тренировок приехали тренеры-агенты и пригласили некоторых парней на кэмп в Канаду, меня в том числе. На тот момент это стоило не совсем сумасшедших денег. Немалых, но родители все же имели такую возможность. В общем, я получил шанс поехать в Канаду, там подготовить себя к новому сезону. Уже за океаном после ряда тренировок мне предложили продолжить карьеру в Северной Америке.
– «Лакония Лифс» – это же совсем новенькая команда из юниорской лиги?
– Да, это был первый сезон, когда она открылась. Я же был самым молодым в ней. Думаю, что моим родителям непросто далось это решение – отпускать своего ребенка дак далеко, тем более одного. Но как-то смогли.
– Какие-то яркие впечатления от того периода остались? Слышала, ты жил не на базе, а в американской семье.
– Да, в командах подобных лиг даже нет такого понятия, как «база». Почти все приезжие хоккеисты живут в семьях, которые за это получают налоговые послабления. У игроков свои плюсы: они находятся под присмотром взрослых, окружены вниманием, заботой. Мне вообще повезло – я жил в семье своего одноклубника.
В принципе, коллектив был хороший, да и такое время – молодежный хоккей – никогда не забывается, самые яркие моменты происходят именно тогда. И не важно, где ты находишься – в России или США.
Город Лакония маленький. Нельзя, конечно, его сравнивать с российскими городками, все-таки совсем другой стиль. Находится он в двух часах езды от Бостона, в двадцати минутах от Манчестера – там раньше играла команда «Монархи» из системы «Лос-Анджелес Кингз».
– Почему спустя два года решил вернуться на родину?
– Второй сезон для нашей команды, увы, закончился очень быстро, нежели ожидалось, и я пораньше вернулся домой. Нужно было где-то кататься, поддерживать форму. В школе ЦСКА, из которой я уезжал за океан, парни моего года уже выпустились, поэтому сначала пошел в команду годом младше, а затем меня позвали в основу. Она как раз вылетела из плей-офф, кто-то из вратарей травмировался, а из фарм-клуба вызвать не получалось, так как «Красная Армия» все еще боролась за кубок – ей нужны были свои вратари. Вот так по стечению обстоятельств я стал тренироваться в основной команде ЦСКА.
У меня было желание продолжить карьеру в Америке, но пути с моим агентом немножко разошлись. К тому же, пока катался с ЦСКА, мне сделали предложение остаться в системе этого клуба. Я согласился и следующий сезон уже провел в составе «Красной Армии».
– Тот период за границей что-то дал тебе в плане профессионального развития?
– Я расширил свой кругозор, причем не только в плане спорта. Если говорить о хоккее, то увидел отличия в подготовке, на себе ощутил все плюсы и минусы.
– Но это все в большей степени для внутреннего самообразования? Вряд ли ты подойдешь к тренеру со славами: «Американцы делают вот так, а вы иначе».
– Сейчас такое время, тренеры более молодые и современные, которые стараются внедрять новые подходы. С ними вполне себе в спокойной обстановке можно обсудить некоторые нюансы, задать вопросы: почему здесь именно так, а не иначе? Но при этом ни в коем случае не доказывать свою правоту. Просто выстроить диалог, не более.
Лучшие прогнозы на хоккей
«Звезда во лбу – это точно не про Дацюка»
– Ты попал в ЦСКА, когда в НХЛ случился локаут. Читала, что одно время ты тренировался с Павлом Дацюком.
– Хоть я и вратарь, но именно Паша Дацюк – мой любимый хоккеист. Он просто волшебник! Что он творил на льду: и в НХЛ, и в КХЛ… Конечно, у меня в памяти многое о нем осталось. На тот момент он – человек-легенда. Многие мальчишки из России, из США хотели быть похожими на Дацюка в плане игры. Но, помимо этого, он и человек дружелюбный, добрый.
Помню случай один. На тренировке мы соревновались в буллитах, и так вышло, что я победил. После этого начал собирать шайбы со льда, а тут подъезжает Паша Дацюк и говорит: не надо, я проиграл, давай сам соберу. Я возражаю, мол, я не из НХЛ, сам справлюсь. А он отвечает: так и я сейчас тоже не из НХЛ.
Сейчас иногда наблюдаю за ним в социальных сетях, как он ребят тренирует. По-прежнему складывается впечатление, что это хороший, добрый человек, который всегда во всем поможет. Себя выше других он никогда не ставил. Звезда во лбу – это точно не про Дацюка.
– Кроме него, в то время в ЦСКА были и другие известные хоккеисты. Александр Радулов, к примеру.
– Да, еще брат его Игорь. Хорошие люди, хорошие ребята. Еще историю вспомнил. Игорь уже закончил играть, если не ошибаюсь живет сейчас в Санкт-Петербурге. Буквально спустя три-четыре года после того, как я уехал из ЦСКА, уже был в питерском «Динамо», просто шел по улице. А он меня увидел, закричал: «Синяга, Синяга!» Приятно было, что человек с таким опытом огромным, запомнил меня, совсем молодого. Тем более, что я с ним-то особо и не играл, так как не был основным вратарем ЦСКА.
А вообще много хороших парней было в команде. Олег Кваша тот же, великолепный мужик. Возможно, не со всеми молодыми у них сложились такие хорошие отношения, но мне кажется, что эти люди ко многим относились одинаково – очень дружелюбно.
– В «Далласе» сейчас играет защитник Илья Любушкин. Ты же вместе с ним начинал играть в хоккей?
– Да, все верно. Сейчас, конечно, уже редко общаемся, но я слежу за его карьерой. Что могу сказать о нем? Тоже добрейшей души человек. Правда, видел недавно он подрался на льду. Не знаю, что могло случиться, чтобы ситуация дошла до такого (смеется). Вообще он очень позитивный, семья у него добрая – мама, бабушка. Было видно, в кого он пошел.
– В питерском «Динамо» ты поработал под руководством белорусского тренера Эдуарда Занковца. Кажется, что сезон-2020-21 был лучшим в твоей карьере – получил звание лучшего вратаря ВХЛ, команда дошла до полуфинала плей-офф.
– Лучший или нет, трудно сказать. Наверное, пусть другие люди со стороны оценивают это. Безусловно, сезон получился хорошим, а Эдуард Константинович – точно один из топовых тренеров в моей карьере. В каком плане? При нем я получил очень много информации, причем и в игре, и в быту. Он замечательный специалист, сейчас работает в Самаре, в ЦСКА ВВС, команда идет в зоне плей-офф.
Хороший тренер со своим видением, своей системой. К тому же его сын – тренер по физподготовке – великолепный специалист в этой сфере. В принципе, весь тренерский штаб питерского «Динамо» того образца можно отметить только с положительной стороны. Андрей Владимирович Кудин, тренер вратарей, ведь тоже белорус. В общем, воспоминания о том периоде только хорошие.
«Хочешь рассмешить бога – расскажи ему о своих планах»
– Понятно, что сезон в разгаре, но может у тебя есть планы на то, что будет после него? Возможно, есть желание вернуться в ВХЛ?
– Какие-то мысли иногда прилетают в голову, но я их от себя гоню. Здесь и сейчас есть свои цели, свои задачи, которые в первую очередь нужно выполнить. А что будет дальше – решим, когда время придет.
– Ты вообще тот человек, который живет сегодняшним днем, или периодически думаешь о будущем?
– В любом случае, даже непроизвольно, ты задумываешься о том, что будет после. Не думать об этом неправильно и даже глупо, не только в плане хоккея, а по жизни в принципе. С другой стороны, есть такая поговорка: хочешь рассмешить бога – расскажи ему о своих планах. Поэтому на данный момент у меня есть задача, которую я собираюсь выполнить, а придет время – буду размышлять, что делать дальше.
– У тебя спортивное образование или выбрал что-то из другой сферы?
– У меня два образования – спортивный менеджмент по первому, по второму я лингвист, переводчик. Можно сказать, есть из чего выбирать.
– А о чем мечтаешь касательно спорта, да и жизни в целом?
– Трудно сказать. Наверное, хочу больше времени проводить со своими близкими, со своей семьей – женой, ребенком, родителями, сестрой. Чтобы все они были здоровы и счастливы. А если о глобальных мечтах… Возможно, они и есть, но пока не хочу о них рассказывать.
